Услышаны через сотни лет: Анастасия Постригай — о волне интереса к женскому искусству
Колумнист BURO. и искусствовед Анастасия Постригай рассказывает о художницах, которые жили и творили до ХХ века и чьи имена часто оказывались забыты — к счастью, не навсегда. В последние годы, в том числе благодаря коллекционерам, интерес к произведениям, созданным женщинами, растет. Авторов вписывают в историю, им посвящают выставки, а их картины уходят на аукционах за рекордные суммы.
Анастасия Постригай
колумнист BURO., искусствовед, галерист и ректор Академии Op Pop Art
Казалось бы, в мире антиквариата уже все осело на свои места. Главные имена эпох определились, ключевые работы разошлись по музеям и частным коллекциям. Если кто-то решается расстаться с сокровищами на аукционе — сенсация, громкие заголовки. Но эксперты регулярно дают повод слегка встряхнуть арт-рынок и пересмотреть приоритеты. Особенно сейчас, когда появился тренд на женское искусство, созданное до XX века.
Для начала стоит разобраться, в чем драма. Много веков в мире искусства действовали гласные и негласные ограничения для женщин. Образование они могли получить только в семье — скажем, если отец был художником. Им не разрешалось писать с обнаженной натуры, а это сразу перекрывало путь к весомым сюжетам. Но женщины все равно находили способы пробиться и даже становились придворными художницами, как, например, Софонисба Ангишола — портретистка испанской королевской семьи.
Впрочем, даже если они завоевывали репутацию при жизни, их легко вычеркивали из истории после. Так, например, ради продаж поступали арт-дилеры XVIII–XIX веков: мужское имя в подписи просто повышало стоимость произведения. Подобная участь постигла наследие многих фламандских художниц, включая Юдит Лейстер, — их работы продавали за авторством знаменитого голландца Франса Халса.
Бывало такое и по воле случая. Скажем, Жан-Оноре Фрагонар стал суперзвездой рококо благодаря изображению галантных сцен с кокетками и любовниками. Но его жена Мари-Анн тоже была художницей и стала мастером миниатюры. Супруги работали вместе, стиль был похожий. И хотя при ее жизни все были более-менее в курсе, где чья работа, постепенно это забылось. Долгое время, пока специалисты не разобрались что к чему, все произведения за подписью «Фрагонар» считались созданными мужем, а не женой.
В последние годы разные институции прикладывают много усилий, чтобы именно женские голоса из арт-мира снова зазвучали. Скажем, в 2016 году Музей Прадо провел первую в своей истории ретроспективу художницы — ею стала мастер фламандских натюрмортов Клара Петерс. В 2018-м первой выставки удостоили Микаэлину Вотье — художницу XVII века, про которую надолго забыли из-за все тех же проблем с атрибуцией. А прямо сейчас в Гентском художественном музее показывают женское искусство XVII–XVIII веков от Антверпена до Амстердама. Представьте только: больше 40 имен! И у каждой женщины была своя история творчества и карьеры, далекая от банальности.
Даже с теми художницами, которые давно на слуху, выходят детективные истории. В 2023 году в британской королевской коллекции нашлось забытое произведение Артемизии Джентилески. Его приписывали некоему французскому автору и, похоже, не особенно берегли. Реставраторам пришлось стирать пыль и убирать поздние переделки. Выяснилось, что работа была из собрания Карла I, правившего в XVII веке, а в нем как раз числился один из вариантов «Сусанны и старцев» Джентилески — так его случайно и нашли.
Эффект получается накопительный, постепенно из исследований и выставок складывается мозаика. А новые имена продолжают открывать: из недавних примеров — Катрина Тилинг, которая жила в XVII–XVIII веках и была забыта до 2025 года. По подписи «CT» эксперты увидели, что работы, которые приписывали брату художницы Людовику, были созданы именно ею.
Приятно, что плоды поисков привлекают внимание и на главной антикварной ярмарке в мире — TEFAF в Маастрихте. Там уже не первый год гайдом для посетителей служит неофициальная карта женских работ: по ней можно найти заново открытые имена и картины. На мартовском выпуске ярмарки была целая россыпь таких произведений. Например, «Юдифь и ее служанка с головой Олоферна» — ее написала Вирджиния Вецци, а раньше автором считался неизвестный французский художник. Koetser Gallery на своем стенде показывала работу той самой Микаэлины Вотье, которую только недавно признали мастером своей эпохи. А у Colnaghi Gallery был портрет авторства итальянки Лавинии Фонтаны — это раннее барокко.
Но на арт-рынке мало просто показывать искусство — тренд не оформится, если коллекционеры не поддержат его кошельком. И здесь тоже есть любопытные новости: в последние годы появились случаи, когда продажи очень мощно превышали эстимейт.
В феврале на Christie's за 5,69 миллиона долларов был продан редкий автопортрет Джентилески в образе Святой Екатерины Александрийской — и это при эстимейте 2,5–3,5 миллиона долларов. Цена стала для художницы новым рекордом. В 2025 году прогремела еще более весомая сенсация: натюрморт XVII века нидерландки Марии ван Остервейк продали с аукциона за 477 тысяч долларов — втрое дороже эстимейта. Правда, здесь сыграл свою роль важный дополнительный фактор: работа была из коллекции уважаемой семьи банкиров. Не стоит забывать и прошлогодний случай: при эстимейте в 351,5–585,9 тысячи долларов автопортрет француженки Аделаиды Лабиль-Гиар, жившей в XVIII–XIX веках, был продан почти за миллион — 988,8 тысячи долларов.
Уверена, новостей нас ждет еще много. И каждая будет открывать огромный простор для экспертов и коллекционеров, так что следить за темой точно стоит.
Статьи по теме
Подборка Buro 24/7
